Проститутка Москвы и служанка

Девушка-служанка...Мои мозги начали думать только в машине. Нащупав баксы, я метнул их в лобовое стекло. Бумажки, глухо хлопнув по нему, медленно опустились на пол. Я выдал тираду изощренных матов. Где я? Неизвестно. Сижу в машине среди болот, вокруг — глушь с одним домом на всю округу, да и тот полон людей с нездоровым интеллектом.

Нужно было Томке позвонить, обещал... Выключив свет и опустив спинку сиденья, закупорил под горло курточку и закрыл глаза. Но какой там сон?! Во мне все кипело.

Я шагнул из машины с твердым намерением выяснить, как проехать к Хмелику, и позвонить Томке. Калитка оказалась открытой, а вдоль забора бегал Барсик. Быстрым шагом топча мощеную дорожку и оглядываясь на пса, я прошел к дому. Дверь была открыта.

— Эни боди хоум? — спросил я и прислушался, не летит ли в меня какой-то предмет, выпущенный доброй рукой Ады, фото проститутки, которой видел в прошлый раз.

Может, она думает, что мужики переносят какую-то опасную болячку, например, клещ. Наследили, наверное, некоторые в ее жизни. Немного постояв в режиме мышления, я прислушался, осмотрелся по сторонам и сделал пару шагов вперед.

— Есть кто в доме? — спросил я уже уверенней.

Снова ничего. Не торопясь обошел прихожую, полюбовался, понюхал одно из цветущих деревьев — оно источало еле слышный аромат. Осторожно ступая мозаичным полом и прислушиваясь к себе и всему, что делалось вокруг, с интересом археолога смотрел по сторонам.

Впереди послышался неясный шорох. Заглянул в комнату. Тяжелая расшитая блестящим рисунком штора, подсвечиваемая изнутри, находящаяся метрах в пяти от меня, заколебалась. Еле заметно задрожал свет под ней. Более отчетливый шорох заставил меня подойти ближе и, аккуратно отодвинув край материи, заглянуть внутрь. Увиденное ветром сдуло воспоминания и заставило спрятаться назад, а через пару мгновений повторить попытку.

По ту сторону шторы, облизываемая отблесками красных языков полыхающего в камине огня, в пол оборота ко мне, на небольшом стульчике сидела совершенно обнаженная женщина. Ей, проститутке Москвы, было лет тридцать пять. Естественная красота не успела завянуть, лишь потеряла беззаботность десятиклассницы, как в Американских порно, а взамен наполнилась умом, решительностью, уверенностью и благополучием, превратившись в умопомрачительный коктейль.

Женщина восседала с уверенностью и властностью царицы. Можно было подумать, что она сидит на троне, а ее нагота только подчеркивала власть, которую она имела над людьми. Голова с длинными темными волосами была откинута назад. Руки покоились на широкой спинке стульчика, а согнутые в коленях ноги были широко разведены. В ногах, облаченная в один беленький фартук, сидела уже знакомая служанка. Широкими уверенными движениями она растирала маслом икры Ады.

Фартушек был маловат. При каждом неосторожном движении служанки из-под него предательски высовывались ее прелестные полноватые бедра или груди, которые, бросая косые взгляды на хозяйку, она прятала с несколько виноватым видом и продолжала работу. Ада одобрительно улыбалась и продолжала наслаждаться ласканием и созерцанием прелестей служанки, которые явно предпочитала мужским.

Закончив с икрами, служанка набрала из небольшого блюдца масла и замерла в нерешительности. Ада недовольно подняла одну бровь. Девушка демонстративно запихнула внутрь передника грудь и аккуратно перевернула ладошку с ароматическим маслом. Янтарная вязкая жидкость змейкой пролилась на холеные бедра, от чего их хозяйка вся вздрогнула, послышался тихий стон расслабленного наслаждения.

Служанка поднялась выше, уронив грудь на умасленное колено царицы. Отвлекшись от смакования ощущений, хозяйка властно посмотрела на служанку, смяла ее передник между грудей и немного сомкнула свои колени. Теперь обе груди служанки лизали ноги Ады, на лице которой засветилась властная улыбка. Аккуратно зачерпнув из блюдца масла, она смазала другую руку и взяла колышащиеся шары подчиненной, сжала вместе и начала мять, потирая одну о другую. Лицо Ады немного напряглось, губы разомкнулись, как БДСМ проститука, а глаза пытались найти на лице рабыни ответные эмоции.

От всего этого мне стало жарко. Я хотел было уйти, не ожидая ничего хорошего. Внутри закипела ненависть — захотелось выпить и свернуть шею директору.

— Ты волчонок, — послышался низкий бархатный голос Ады, от тембра которого меня бросило в жар. — Ты так смотришь на меня, девочка. Тебе не нравится то, что я сейчас делаю?

Руки хозяйки с зажатыми между пальцами расплющенными сосками служанки поднялись вверх, демонстрируя свои трофеи. Девушка ничего не ответила, но ее взгляд сказал о многом. Это был действительно взгляд волчонка. Она еще интенсивнее начала обхватывать бедра хозяйки.

— Твои соски, как вишни, начали наливаться косточками. Они просто кипят под моими пальцами, — прошептала хозяйка.

Пальцы ее разжались, и обе груди девушки изумительным молочным желе упали на упругую загорелость ног Ады. Я машинально схватил себя за член, засунул руку внутрь — все было сухо...

— Выше, волчонок, выше.

Молодые руки коснулись бедер, перешли на гладко выбритый лобок, живот. Ада усадила служанку себе на колени и прижала к своей плоской груди спортсменки. По мере того, как они задвигались, черты лица и движения царицы стали более резкими, нетерпеливыми. Рабыня сначала еле заметно, а далее все энергичнее и размашистей задвигала бедрами и начала тереться своим лобком о живот царицы. Ада загнанным зверем посмотрела вниз, где раскрывшаяся «девочка» рабыни касалась ее пресса, вылизывала каждую мышцу. Ее взгляд перешел на лицо соседки. Та оставалась спокойной, разве что в глазах появилось что-то от дьявола. Не в силах сдержать себя, Ада прижала таз служанки и обняла за поясницу.

Девушка откинулась назад, а хозяйка жадно прильнула губами к торчащей груди и принялась ласкать, будто пыталась проглотить нежное молодое тело.

От вида прекрасных женских тел, касающихся и нежащих друг друга, мои мозги начали тихо дрейфовать. Ада, вцепившись окаменелыми руками в шею служанки, пыталась притянуть ее аккуратный ротик к своему, но та не поддавалась. Гордо вскинув голову, она посмотрела свысока на хозяйку и соскользнула с ее коленей.

Тяжело выдохнув и собрав всю свою силу, я пошел к входной двери. Член, согнутый в три погибели в плавках и напряженный дальше некуда, тихо ныл от досады. Мозг заставлял бежать прочь, но я молил: «Ну, можно я останусь?». Остановился. В голову будто вколачивали сваи...

— Ох-х, — послышалось из-за шторы.

Рука сама полезла в брюки, а ноги пошли к шторе. Хозяйка выдавала немые стоны. Ее тело лоснилось от волнообразных движений, вздувалось мышцами от каждого движения красного вибратора, то входящего, то выходящего по воле рук служанки.

Ада одной рукой мяла свою грудь, а второй — обхватив свою достаточно крупную «девочку», прижимала ее к гладкому стержню вибратора.
— Поцелуй меня, — тихо попросила Ада полуоткрытым ртом.

Она перевела затуманенный взгляд на служанку, но та уже не была рабыней: роли постепенно менялись,

— Погладь меня, — взмолилась хозяйка.

Служанка, бывшая проститутка Москвы, блеснув садистскими глазами, резко вставила инструмент, но тот не вырвал из хозяйки больше ни звука, только ее голова немного откинулась назад. Девушка победно взяла ее губы своим ртом и со страстным чмоком отстранилась. Обе явно получали удовольствие: одна от запретной испепеляющей страсти, вторая от минутного превосходства.
— Ты — маленькая шлюха, волчонок.
— Нет, это твоя калоша чавкает соком. Она просто ненасытна и может обслужить даже жеребца.
От этих слов лицо Ады перекосилось, тело напряглось, но через минуту все стало на свои места.
— Еще глубже.
Спина и руки служанки напряглись, надевая дрожащее тело царицы на ствол пластмассового пениса. Она всаживала его глубже и глубже с неимоверной силой и даже какой-то злостью. От каждого движения хозяйка испытывала боль, но она хотела ее.
— Больно... глубже. Мне его не хватает.
Служанка, с разгона опустившись на ее колени, осторожно воткнула другой конец вибратора себе в анус и заерзала. Из уст хозяйки вырвался тупой стон. Девушка ускоряла движения, схватив одной рукой Аду за шею и наклонив ее голову вниз.
— Смотри, как я трахаю твою шлюшку. Ты видишь, как она умоляет меня? — развратно полу раскрыв губы, шептала служанка.
При каждом движении вибратора вспотевшее и вымазанное тело служанки, толкавшее его, сгибалось, и возбужденная «красотка» раскрывалась срамным красным цветком.
Резко поднявшись, служанка выбросила из лона хозяйки уже не дающий никакого эффекта вибратор и, широко разведя ее ноги, взяла в руки свою грудь и начала тереть по лобку Ады и внутренней стороне бедер. Потом, резко поднявшись, отошла на шаг.
— Не оставляй меня.

Хозяйка сползла со стула, блестя потоками сока. Упав на белую медвежью шкуру, она с рыком подползла к служанке и принялась обцеловывать ее ноги, цепляться руками за них, а затем, с силой толкнув, навалилась на девушку. Но, получив удар коленкой под дых, сползла с нее и завыла от бессилия, злобы и страсти, сжигавшей изнутри. Сжав лоно еще сильнее и уперевшись в него обеими руками, она согнулась пополам. На ее шее и висках, покрасневших от напряжения, забились вены. Неожиданно она распрямилась на макушку и пятки, выгнувшись луком, схватила лежащий рядом вибратор и воткнула его в разбушевавшуюся плоть; снова выгнулась, помогая своей взбесившейся «девочке»; перевернулась на живот и начала тереться о грубый мех. Потом подползла к служанке. Губы ее шептали:
— Помоги мне.
Служанка оттолкнула ее, не спеша вынула со стенки несколько веревок и небольшую кожаную плеточку. Хозяйка наблюдала с открытым ртом и, по мере того, как служанка приближалась к ней, начала лихорадочно отползать назад. Она хотела и боялась. Это излечивало ее на какое-то время, пока страсть снова не брала верх. Служанка связала ее руки и, разложив стульчик на шкуре, привязала ее спиной к нему.
— Давай, — прошипела хозяйка, пожирая взглядом приап, желая быть распятой.
Наслаждаясь сладким чувством мести, служанка встряхнула «лошадиную штучку», и та завибрировала, как гигантская сосиска.
— Вставь его в меня, — взвизгнула Ада и широко развела ноги.

Служанка, упершись самцом в персик Ады, начала решительно расширять вход. Плоть воспаленной прелести натянулась, как струна. Девушка переводила взгляд то на судорожно хватающий воздух рот хозяйки, то на становящуюся все более растянутой штуковину. Наконец инструмент начал входить внутрь, виляя своим бугристым телом. Вогнав всего, служанка вдруг потянула его на себя. Инструмент вышел, блестя соком, и снова погрузился. Движения стали легче. Служанка стала на колени, чтобы было удобней, выставив свою немного крупноватую попку, покрывшуюся от нелегкой работы и нервов слоем испарины. Снова аккуратно вынула. Жеребец едва не выворачивал штуковину Ады наизнанку, как подкладку рукавицы. Натянутые губы "девочки” плотно прижимались к телу жеребца, жадно лизали его извивающееся тело.
Служанка хлестнула кожаной плеточкой по спелым внутренностям бедер Ады, потом еще и еще. Хозяйка завилась, как гусеница в муравейнике, — до конца было совсем недолго. Из ее горла посыпались неразборчивые проклятья. На атласной коже появлялись красные полосы. Служанка потянула член на себя, ее спина выгнулась, бедра сжались. От этого ее вспотевший персик расплющился, раскрылся. Так и не дотянув штуковину, она остановилась. Глаза стали изумленно круглыми, рот раскрылся от переполнявших чувств. Чтобы не упасть, она бросила жеребца, уперлась локтями в пол и начала извиваться. Перевернувшись на живот, поднялась и, упершись остовом жеребца в пол, села на него, снова свалившись на пол.
— Откуда он здесь взялся? — закричала Ада, увидев меня, покрывшегося испариной от всего увиденного и натягивающего шкуру на своем вздыбленном члене.
Она попыталась лягнуть меня ногой, но вместо этого лишь отъехала по шкуре.
— Ты снова привела этого самца? Не прошло и месяца. Ты — маленькая сучка.
Но служанке сейчас было на все наплевать. Она только стонала и хватала ртом воздух.
— Не трогай меня, урод.
Поймав руками рамку, к которой была привязана хозяйка, я немного приподнял ее, поставил на колени, подав немного назад, и прогнулся вперед. Как узко и тепло... Помню, как широко входя в ее прелестную дырочку и очередной раз потянув рамку на себя, наполнил ее кишечник спермой. Она напряглась до дрожи, потом обмякла и повалилась на пол. Все еще плохо соображая и пошатываясь, я отнес находящуюся в прострации хозяйку наверх, куда велела служанка. Ей самой помог добраться до своей комнаты, не забыв спросить про дорогу и телефон. Получив в подарок ее мобильник, услышал пожелание убраться рано утром, пока не проснется Ада.

Какие-то догадки крутились у меня в голове, не давая покоя. Всплывали картинки из прошлого, фразы; повторялось и то, что произошло сегодня. Прищурив глаза и теребя мобильник, я прислушивался и присматривался ко всему этому бедламу и пытался найти ту ниточку, которая то появлялась на мгновение посреди этого урагана цветов и звуков, то снова исчезала. И я ее нашел.
Уже утром, подъезжая к трассе, я зашел в память телефона. Там красовался номер моего директора. В голове всплыло радушие служанки, слова хозяйки про то, что месяц назад я уже был здесь...
На фирме работал парень, как две капли воды, похожий на меня. Два месяца назад он женился. И как только вернулся из «отпуска по уходу за медовым месяцем», был всецело завален поручениями. Немного погодя, его отправили на ночь глядя в Хмелик... Вернулся парень постаревшим на год, уставшим и счастливым. Он стал реже посещать с нами бильярд и проведывать пиво, а сбегал пораньше домой.

Проститутки Киева, Москвы и Санкт-Петербурга еще покажут и расскажут многое:

Варвара
Анастасия
Нелли
Мелания
Марина
Светлана
Мирослава
Ирина
Виталина
Алина
Анна
Дарья