Проститутка Одессы и ее последняя любовь

Юная красавицаК своим сорока годам он уже третий раз женат. Уже это должно было меня, элитную проститутку Одессы, как-то насторожить, но здравый рассудок покинул меня, природная животная страсть рвалась наружу. Других я не замечала, муж для меня отсутствовал. Он как бы был, и его как бы не было. А потом все и началось.

Владимир был добр, щедр, ласков, внимателен. Сказать так — ничего не сказать: он был магнитом, вулканом, оазисом, к которому всегда тянуло.

Мы жили по соседству. Он со своей третьей женой, проститутка Киева и восьмилетним сыном в двухкомнатной квартире. Я с родителями, мужем и четырехлетним сынишкой — в трехкомнатной. К родителям мы вернулись после того, как афера с продажей нашей однокомнатной квартиры и попытка уехать за границу на заработки потерпела фиаско. Нас просто и красиво "кинули”. Остались мы с мужем без квартиры, денег и работы. Перспектива нулевая, а кушать хочется всегда.
Володя был бизнесменом, «новым», как сейчас говорят, украинцем. Конечно, не сильно крутым, но все у него клеилось и ладилось. Только не в семье с его родненькой и незабвенной, как уже упоминалось, третьей по счету женой. В плане интимной жизни она, как я понимаю, делала это, с одной стороны, ненамеренно, с другой — чисто по-скотски, уничтожала его как личность и как мужчину. Что я имею в виду?

Во-первых, она всегда спешила, негодовала и торопила его, будто у нее есть любовник: «Опять лезешь со своим членом... Давай быстрей! Сколько можно!». И он отрабатывал, как робот, как машина, лишь бы слить напряжение. А желал всегда большего.

Но она этого не понимала или не могла понять, будучи по своей сути и природе эгоисткой, элементарной нахлебницей и материальной вымогательницей. Ей льстило, что у нее всегда есть деньги, и она всегда может занять моим родителям до пенсии сотню-другую. Но все равно денег ей вечно было мало. Это я узнала от Володи. «Я один раз живу и хочу большего. Покрутись немного, ты же умеешь», — говорила она. Одним словом, она была стервой с большой буквы и все время клеилась ко мне в подруги.
В какой-то момент я даже приняла эту игру, хотя знала, что она не подруга. Она — стерва! Но у меня же любовь, которая многое прощает, объясняет, упрощает и списывает. Я полюбила ее мужа! Полюбила и забыла обо всем на свете. Потеряла голову, себя, время, реальность и совесть. Я стала им бредить. И днем, и ночью. Сплю с мужем, а в голове — он. В дреме ласково и нежно глажу мужа, словно младенца. У него встает, а я в трансе. Не понимая, что делаю, направляю его в себя, да и еще не в ту дырочку... Дура!

— Господи, прости! Андрюша, мне что-то приснилось. Сама не понимаю.
— Тебе мало? Я ж тебя уже...

«Да. нет, Андрюшенька, не мало. Мне просто хочется его, но тебе я этого не скажу. Это моя тайна, горе и радость, моя заветная мечта. Как тебе это объяснить?» Поэтому я молчу и страдаю.

...Итак, мы хотели уехать с мужем на заработки за границу, но не получилось. Володя это знал и помог уехать мужу, а я осталась. Он знал, что делал. Не мальчик — третий раз женат! А жена его смотрела на меня, как на дурочку-придурочку, пустое место.

Конечно, она даже не могла предположить во мне соперницы. Флаг ей в руки! Я знаю себе цену и чувствую, что он тоже знает и видит разницу между нами. И дело не в том, что я чуточку моложе. Я немного иная. Хочу его каждой клеточкой своего тела не за что-то, а просто хочу! Это, наверное, любовь. Она совсем необъяснима. Она страшная и загадочная. Она — вечная!

Я втюрилась! Как последняя дура, как школьница. Володя, что ты со мной делаешь?!

Мы сидим у тебя дома у телевизора. Рядом — твой ребенок, жена. Идет какой-то боевик, в комнате темно, мерцает слабый свет от экрана. Твоя рука незаметно касается моего бедра. Я вся дрожу. Я, Одесская молодая проститутка, вся на взводе. Ты подсовываешь руку под мою попочку. Слегка приподнимаюсь и ловлю кайф. Я кончаю. Закидываю ногу на ногу, чтобы унять дрожь, не закричать от наслаждения и счастья: Ты это чувствуешь. Я ухожу домой вся мокрая и разбитая.
Ночью рву подушку зубами и орошаю слезами. Я — на крючке.

Потом, помнишь, ты договариваешься с другом, и я иду в эту холодную квартиру. Я ждала блаженства и чуда, но его не было. Запомнился только холод. Ни фужер шаманского, ни твои жаркие объятия ничего не изменили. Меня бил озноб. Ты сразу излился, как мальчик, потом долго извинялся и пытался что-то объяснить, оправдаться. Мной овладело полное разочарование, пустота и раскаяние за содеянное. Провожая меня, ты целовал мои ноги и просил не уходить навсегда, остаться с тобой. Тогда во мне что-то обломилось. Я не хотела твоего унижения, да я его и не чувствовала. Ты не играл. Ты действительно любил меня в те минуты и жил только мной. Просто ты перегорел, перестрадал. Я это поняла, ощутила душой, женской плотью. Милый мой!
Потом ты снял квартиру, и мы встречались каждый день в рабочее время. Два-три часа были вместе. Это было неземное блаженство! Я познала и раскрыла себя. Твоя вечная выдумка и эксперименты в постели, ванне, на столе, стуле... Где мы только не занимались любовью?! И всегда было великолепно, божественно, неповторимо. Ты хотел меня постоянно и бесконечно. Ты был Соломоном и Иудой-искусителем в одном лице. Зачем ты меня развратил? Без твоих выдумок и прибамбасов я уже не чувствую себя женщиной. Мне не хватает тебя...

Тебя уже нет, но ты всегда рядом. Ты исчез, как появился. Что ты мне писал, помнишь?

«Маленькая моя, любимая! Солнышко мое, славная моя! Ты — моя боль, мои страдания, мой палач, мой нежный ангел. Люблю тебя и ненавижу. Читаю мысли и не могу понять.

Когда-нибудь под Новый год я тебя убью. Что ты со мной сделала? Мне больно утром, еще больнее вечером и невыносимо ночью. Разве этого я хотел? Ты — юная садистка с большим будущим. Я ненавижу и люблю. С этим невозможно бороться. Что ты делаешь?

Ночная жизнь нравится? Поклонники, воздыхатели, самцы? Где ты была? Куда ходила?

Зачем ты мучаешь, делая мое существование невыносимым от мысли, что ты с кем-то.

Не толкай меня на край пропасти. Упадем вместе. Я один не останусь! Клянусь!»
И ты сдержал слово. Правда, Нового года ты не дождался. Я, дура, играла с тобой в кошки-мышки. И переиграла.

Тот вечер был у нас последним. Но я даже не догадывалась об этом. Мужики кидали на меня оценивающе-пожирающие взгляды. Тебе это нравилось, льстило и злило одновременно по банальной причине: ты не хотел меня потерять. Считал меня котенком и львицей в одном лице. Котенка ты очень любил, а львицу сильно боялся. Ревность лишала тебя разума, логики и здравого смысла. Ты превращался в школьника-максималиста с его первой любовью: все — или ничего!

...Моросил мелкий летний дождик. Ты вел «Вольво» на предельной скорости и вдруг заговорил со мной о Саше, с которым у меня ничего не было и быть не могло, ибо я любила только тебя. Несправедливые упреки разозлили и обидели меня, и я сказала:
— Слушай, а Саша не так уж плох. И к тому же не женат...

Хотелось только пощекотать твои нервы, но я переборщила, надорвав их.
— Если не мне, то никому!
Машина дернулась вправо и полетела с обрыва, левой стороной ударившись о дерево.

Я вылетела в лобовое стекло, как мешок с костями.

Месяц в реанимации. Обширные переломы, черепно-мозговая травма. Лежу и думаю о твоей жене, о себе. И не могу понять, кто из нас стерва: я или она? Знаю одно: теперь я действительно никому не нужна. А тебя уже нет, и никогда не будет. Ты сделал, что обещал: ни тебе, ни другим...

Проститутки Киева, Москвы и Санкт-Петербурга еще покажут и расскажут многое:

Нина
Ангелина
Эмилия
Анжелика
Варвара
Диана
Яна
Дарья
Майя
Нелли
Альбина
Людмила